Борис Кузьмин
Ежегодный пассажирский пoток через узловую станцию Волховстрой-1 с направлениями на Санкт-Петербург и Мурманск составпяет целый город на колесах: полтора-два миллиона человек. Все это население - столь же пестрое. как и на земле. Только в сипу оторванности от родного дома оно более эмоциональное и труднее переносит дополнительные нагрузки, связанные путешествиями по железной дороге. И все спешат...
В кабинет начальника вокзала Вопховстрой-1 С.В. Пакалевой вошли сразу три посетителя. Лица растеряны и печальны. Показывают телеграммы - вызовы на похороны:
- Брат у нас умер... Билеты мы купили, 1опько места достались в разных вагонах, а ехать надо двое суток. Помогите нам быть в дороге вместе.
С этим вопросом могли бы разобраться дежурный по вокзалу и бригадир поезда, но людям, переживающим большое горе, не до ступеней железнодорожной служебной лестницы. И Светлана Владимировна без долгих раздумий принимает решение:
- Пойдемте на перрон. До прибытия вашего поезда остается четыре минуты.
Скорый на Зауралье прибыл из Питера вовремя. Стоянка - пятнадцать минут,
отпущенных 
расписанием
на посадку пассажиров, осмотр вагонов и на смену электровоза на тепловоза
с волховстроевской локомотивной бригадой. Бригадир поезда - возле вагона
со своим служебным купе. С начальником вокзала знаком не шапочно: по маршруту
ездит не первый год, С.В.Пакалева - в своей должности без малого десять
пет.
- Помогите, пожалуйста, пассажирам, - просит Светлана Владимировна и коротко объясняет бригадиру ситуацию, достойную внимания и сочувствия. Но у того нет сейчас трех свободных мест в одном вагоне. Тем не менее, сделав какие-то, известные лишь ему, прикидки, говорит уверенно:
- До Тихвина доедут в моем купе, а там несколько человек выходит. Все организую и устрою, как положено. Не волнуйтесь.
До станции Тихвин - 75 километров. На скором поезде всего-то час езды без остановок. Едущие по печальной телеграмме соглашаются на столь короткое неудобство, сдержанно благодарят начальника вокзала и бригадира: пожилые и не совсем здоровые люди будут присматривать друг за другом в пути, оберегать от посторонних тревог...
На светофоре - зеленый. Вплетаясь в лабиринт станционных стрелок, скорый уходит на главные пути перегона. А ко второй пассажирской платформе уже прибывает следующий поезд. Из вагонов выскакивают люди: размяться, взглянуть, что из себя представляет Волховстрой. Не исключено, что кто-то проезжает здесь впервые, а о существовании такового только читал или слышал. Пятнадцать же - двадцать минут остановки могут оставить у пассажиров неизгладимое впечатление. 6 тем или иным оттенком... А для В.В.Пакалевой желательно с оттенком положительным. Поскольку красивейший в Ленинградской области железнодорожный вокзал считается воротами ее родного города Волхова, имя которого многие десятилетия подряд славила своим трудом династия Бочковых - машинистов Вопховстроевского локомотивного депо. Дед начальника вокзала, ее отец и дядя водили грузовые и пассажирские поезда по всем направлениям Волховстроевского отделения Октябрьской железной дороги и лучшего для себя дела не держали даже в мыслях.
Все началось в далеком 1924-ом, когда деревенский парень Григорий Бочков приехал из Саратовской губернии строить плотину через порожистую реку Волхов. Взяли кессонщиком - на дело, опасное для здоровья и жизни, физически тяжелое. Но крепким оказался саратовец, выстоял до конца, пока первенец ГОЭЛРО не дал ток. Новую работу искал недолго: паровозное депо принимало кочегаров. Так в 26- ом году Григорий Петрович Бочков стал основоположником династии железнодорожников.
Пытливый, с трехлетним образованием, до многого доходил Григорий своим умом и хваткой и вскоре стал помощником машиниста. А с его места до правого крыла - рукой подать: только знания и опыт накапливай... Тридцатые годы. В стране стахановско-кривоносовское движение. Машинист Г.П. Бочков - активный его участник. На сверхнормативной скорости водит грузовые поезда с весом, намного превышающим норму. Тем же временем НКВД ищет на железной дороге "врагов народа". Среди паровозников идут массовые аресты. Ретивость слуг "железного" наркома Л.Кагановича ставила под угрозу график движения поездов: люди стали забывать, что такое нормальный отдых - работали на износ. Аресты прекратились. Ночные незваные гости не постучались в дверь барачной квартиры Бочковых. Бог миловал... А в 39- ом году вызвали Григория Петровича в Москву, в Кремль и всесоюзный староста М.Калинин вручил волховстроевскому делегату XVIII съезда ВКП(б) высшую по тем временам награду - орден Ленина.
И гордилась по праву своим мужем-героем труда жена его, Парасковья Александровна, уважали и любили дети: Владимир, Михаил, дочь Валентина, строг, но справедлив был для ребят отец. Воспитывал - пальцем не трогая: так, чтобы со слов понимали, и уважали людей и семью, где в ранг неписаного закона поставил заповедь
- вам за меня краснеть не приходится, не подводите и вы меня. По такому принципу и жил Г.П.Бочков до конца дней своих и наследникам завещал...
В 41-ом война быстро подкатилась под Волхов. Железнодорожники уходили
на фронт, 
формировались
в партизанские и ополченские отряды. Многие паровозники, оставаясь защищать
города до последнего, эвакуировали свои семьи. П.А.Бочкова уехала с детьми
в Саратовщину, а для Григория Петровича паровоз стал боевым постом по доставке
грузов блокированному Ленинграду и Ленинградскому фронту. Бомбежки, артобстрелы
поездов фашистами не стали преградой для волховстроевских машинистов. Враг
был рядом, всего в нескольких километрах от станции, но в город так и не
прорвался.
В 43-ем отец прислал вызов старшему сыну Владимиру. Парень рвался домой: было уже семнадцать, имел голову на плечах. Отлучать от себя Григорий Петрович его не стал. Хочешь в паровозное? Устраивайся. Взяли кочегаром и попал на локомотив к ... отцу. Поездки - на Тихвин, Чудово, Лодейное Попе. Топливо - дрова, редко один уголь. Чаще смешанное. Пока до Тихвина едешь из тендера за каких- то два часа восемь-девять кубов дров надо перекидать, да две-три тонны угля. Об усталости речи не велось... Через год вся семья вернулась в Волхов. Запросился в депо и Михаил, и обязательно - кочегаром на паровоз. Не брали. И мест свободных уже не было, да и малолетка - шестнадцать всего, кто помог занять "теплое" место - до сих пор неизвестно. Но кадровик депо - дядя Миша Лобанов - был хорошим другом отца... И поехал второй сын маршрутами бати, как называли братья своего родителя.
Вот уж хватила хлопот и заботушки Парасковье Александровне! День и ночь смешались в кучу: один - в поездку, второй только вернулся из рейса, а под окном уже посыльная из депо - вызывает третьего. И каждого надо встретить, проводить, накормить, с собой собрать. А сколько стирки, да мытья было?! В депо в те годы не знали, что такое душевые, и все паровозники несли грязь домой, где ни водопровода не было, ни центрального отопления. Это сколько ж раз приходилось до колонки дойти и обратно с коромыслом-то на плечах? Да еще и скотину надо было накормить, напоить... Парни и дочь, конечно, не выезжали на шее матери (тому батя не учил), норовили помочь в свободную минуту, но все равно мать тащила нелегкий воз семейного хозяйства.
Сыновья радовали и поведением своим, и трудолюбием. Закурить при отце до самой армии стеснялись, и к вину были равнодушны. Зато один за другим на помощников переквалифицировались и без малого все типы паровозов освоили. Тут Григорий Петрович хорошим наставником оказался. Вместе редко доводилось ездить, а уж домашним его урокам цены было не сыскать. Владимир сразу после войны закончил в Кеми техшколу паровозных машинистов, а после армии доверили ему правое крыло и пошел парень по стопам отцовской славы. Во всех соревнованиях участвовал: водил тяжеловесы, экономил топливо... И во многих починах был первым. Грамотность молодого машиниста Владимира Бочкова, безаварийная работа дали путевку на вождение пассажирских поездов. Батя к тому времени вышел на пенсию: всю жизнь так и не расставался с грузовыми поездами... Питал к ним свою любовь и верность.
Локомотивное депо стало переходить на тепловозную тягу. Один из лучших машинистов В.Г.Бочков получает в Луганске и обкатывает новую технику. Тепловозником становится и Михаил. Для переквалификации пришлось братьям садиться за парты в ШРМ, получать среднее образование без отрыва от производства.
А Бочков-старший, видя тепловозы, никак не мог заставить себя уважать эти мощные машины, прикипел душой к паровой тяге. Все пытал Михаила: "Минька, ну где у них дышла, разве ж можно без них ездить?". Втолковывали сыновья бате все как положено: по науке и по-простому. Понял, наверное, старый машинист, да сердцем не принял дизель, способный везти груза вдвое больше паровоза с дымящейся трубой.
Года не дожил до семидесяти почетный железнодорожник и орденоносец Г.П.Бочков. Славного человека хоронило все депо, пришли попрощаться знакомые и незнакомые горожане. Долгими гудками оплакали его смерть тепловозы и, стоящие на хозяйственном приколе, друзья-паровозы. Закончились их маршруты...
К той поре Владимир Георгиевич уже был награжден орденом Трудового Красного знамени. Освоение новой техники, наставничество, общественная работа, обеспечение полной безопасности пассажиров и движения поездов стали слагаемыми доверия коллектива локомотивщиков к В.Г.Бочкову. Передовой рабочий дважды избирается депутатом Верховного Совета РСФСР. Люди знали - такой человек не обманет: его отец никого не учил жить по кривой дорожке. Слава государственного человека - избранника народа не испортила Владимира Георгиевича. Как был, так и остался рабочим человеком и вопросы решал оперативно.
При дефиците жилья, а значит и злоупотреблениях при распределении, добивался очередности при дележе квартир.
За свой труд награжден Владимир Георгиевич еще двумя самыми высшими орденами Советского Союза. Была назначена ему и персональная пенсия, что по реформенным деньгам превратилась в 370 тысяч рублей. Это за 43 года работы на транспорте, из которых 30 лет - стаж машиниста. Не меньше, наверное, получает и вчерашняя торговка пивом...
Братья Бочковы и сегодня без дела не сидят. Оба работают на Волховском хладокомбинате. Старший - столярничает, младший - кочегарит. Смеется на людях: "С чего начинал, тем и заканчиваю". А самим долго снились поезда и сейчас иногда видят "зеленую улицу" светофоров. Может горит она для Димки Соколова - внука Михаила Григорьевича? Ездит парень помощником машиниста на грузовых поездах, готовится пересесть на правое крыло. А дед считает: "Рановато". Настаивает, чтобы все перегоны, стрелки, светофоры знал на память. Как знали все Бочковы - машинисты паровозов и тепловозов. Нельзя подводить династию. Так батя говорил...
Волхов и Волховстрой. Город и станция. Тугим узлом железной дороги связаны они между собой и страной. Оба испытали на себе лихо и восстали из разрухи. Только куда сегодня ведут магистрали? Впрочем, поезда идут. Значит, жизнь продолжается. И в билетной кассе вокзала, где до самой пенсии отработала кассиром дочь и сестра машинистов Бочковых - Валентина Григорьевна Ефимова, наверно, можно купить счастливый билет. Ей на смену пришла дочь начальника вокзала - Екатерина Пакалева. А молодость верит в светлый путь.
