Андре МОРУА
Речь пойдет о женщинах Парижа, не о Парижанке. Ибо это разные вещи. Парижанка стала мифом, понятием, образом. А женщины Парижа -- это жизненные судьбы -- различные, яркие, своеобычные.
Да, женщины Парижа куда более многолики, чем Парижанки прошлого. На их долю выпала жизнь более простая и более трудная, но у них есть что-то неуловимо общее друг с другом.
=
СТУДЕНТКИ. Латинский квартал, описанный Гюго в "Отверженных", Сорбонна, какой мы ее знавали в нашей молодости, больше не существуют. Во времена Гюго женщины Латинского квартала были в основном гризетки -- веселые, бездумные и ласковые подруги студентов. Сейчас во дворе Сорбонны, в кафе на бульваре Сен-Мишель и на улице дэз Эколь перед книжными развалами среди прохожих, листающих серьезные журналы, девушек так же много, как и молодых людей.
Почему идут они в университеты? Потому что им нравится ученье, но главное, конечно, потому, что женщина сейчас должна иметь профессию. Одни готовятся преподавать; другие врачевать; третьи рассчитывают, что диплом переводчика английского или испанского языка даст им должность секретаря, откроет двери посольства, учреждений ЮНЕСКО. На естественном факультете считают, что девушки не знают равных в лабораторных исследованиях. На факультете права оттачивают мастерство будущие адвокатессы. Девушки в Париже, как и в Лондоне или в Нью-Йорке, испытывают жгучую потребность в моральной и материальной независимости.
Беседую с четырьмя подругами; все -- хорошенькие, в коротеньких пальто или твидовых куртках, под мышкой -- папки, набитые книгами. Когда они идут по тротуару своим легким шагом, невольно видишь в них победительниц.
-- Что читаете?
-- Декарт, Валери, Бальзак, Сартр...
-- Кино?
-- Все меньше и меньше... Особый интерес к старым лентам -- Чарли Чаплин, "Броненосец "Потемкин"... По вечерам, если есть время и деньги, -- театр, балет... Наше поколение не бегает за новым ради нового.
Я привожу им строки Валери: "Ничто не старится так быстро, как новизна".
-- Кто "финансирует" ваши занятия?
-- У одних -- родители... Иногда стипендия... А я учу латыни мальчишек, которым она наскучила так же, как и мне...
-- Вы не боитесь при такой дороговизне жизни, к тому же не имея квартиры, рано обзаводиться семьей?
-- Да, это трудно, -- отвечает Жаклин, медичка. -- И все же большинство из нас бросается очертя голову в счастье.
=
РАБОТНИЦЫ. Не будем втягиваться в метафизический спор о мужских и женских профессиях. Остановим просто двух работниц во дворе завода "Рено". Первой тридцать три года; завод привлек ее тем, что женщины получают здесь ту же зарплату, что и мужчины. "А потом здесь мужчины следят за тем, чтобы администрация выполняла условия договора, -- это надежней". С мужчинами, говорит она, легче быть товарищем -- им не придет в голову неприязненно относиться к подруге, если та лучше причесана или туфли у нее поновее...
Вторая, тридцатилетняя, незамужняя, работает с тринадцати лет. Была официанткой в кафе, продавщицей. На "Рено" пять лет. С рабочими тоже товарищеские отношения. С энтузиазмом занимается политикой...
=
"ГОТОВОЕ ПЛАТЬЕ" Слова -- это все. Что-то перестало нравиться? Назовите эту же вещь по-другому -- она омолодится. Слово "конфекция" напрочь вычеркнуто из словаря модельеров. Теперь говорят "готовое платье".
-- Между Домом моделей и нами, -- говорит с гордостью директор универмага, -- разница только в ценах... Мы перешли на американские рельсы. А что здесь зазорного? Они же копируют наши модели; мы скопировали их методы... Если бы только французы не были такими индивидуалистами! В Штатах вы можете продать в маленьком городке двадцать, сто, двести одинаковых платьев. Там женщины гордятся тем, что похожи на "идеал". А у нас! Попробуйте-ка продать в Тарасконе или Самбре одно и то же платье жене нотариуса и жене бакалейщика!
=
ТОРГОВКИ. Частенько они представляли Париж королям и президентам, которых любопытство приводило в чрево Парижа.
-- Да, мой дорогой мосье, сюда почаще следует приходить министрам, инкогнито, конечно. Они бы услышали всю правду. Ну, как мой салат? Свеженький, как хорошенькая женщина... Не я, конечно... в моем-то возрасте... Каком возрасте? Мне пятьдесят, мосье... Как видите, работа не дает стариться...
=
ЦВЕТОЧНИЦА. Колет стоит со своим ларьком на Пляс де ля Конкорд. Из-под рук у нее выходят романтические, наивные и мудрые букеты: белые, красные, фиолетовые; тугие, компактные, похожие на ручной работы восточный ковер. У Колет черные глаза, живой взгляд.
-- Кто вам подал мысль стать цветочницей?
-- Никто. В этом квартале почему-то не продавались цветы. Странный квартал... И вот я решила попробовать. Клиенты теперь приезжают даже издалека. Здесь все решает вкус. Нужно подобрать бутоны, найти цветовой стержень для центра, подогнать стебли. Мы с матерью не успеваем сделать больше дюжины в день.
-- Во сколько вы приходите?
-- В десять утра... А до этого надо сходить на Центральный рынок за товаром.
-- И вы стоите здесь в любую погоду?
-- Да, до семи-восьми вечера.
В любую погоду под колоннадой Габриэль маленькая цветочница Колет строит свои романтические букеты. Цветочница -- красивое слово. Цветочница -- тяжелое ремесло.
=
КОНСЬЕРЖКИ. Это уж чисто парижский тип. В других больших городах у каждого жильца свой звонок. В Америке перед роскошными домами стоит портье в форме. Но женщина, которая из своей каморки следит за входом и выходом, которая безошибочно судит по визитерам о личной жизни жильца, которая раздает почту, убирает лестницу, помогает холостяку со второго этажа, -- ее не сыскать нигде, кроме Парижа. Она приводит в восторг иностранцев. Консьержка -- первый контакт с простым людом -- доставляет им сладостное ощущение непривычной новизны.
Как и все типы людей, консьержка в XX веке быстро изменилась. Закончился век болтливой, жадной до сплетен и подачек толстухи, начавшей свой путь в литературе с романа Эжена Сю. У нынешней консьержки нет времени -- на ней весь дом плюс семья. Да еще знаменитая "ложа" -- та каморка, откуда она выходит открывать подъезд в любое время суток. Среди них есть даже свои святые -- мне рассказывали об одной слепой консьержке, узнававшей жильцов по походке, по тому, как они закрывают дверь.
=
ТАНЦОВЩИЦЫ. Она маленькая, с ладной фигуркой, хорошенькая. "Хотя красота лица неважна для танцовщицы, -- говорит она. -- Главное -- общий рисунок".
Кроме Оперы и ансамблей классического танца, в Париже существуют бесчисленные труппы современного балета и мюзик-холла. Кстати, между очаровательными солдатами этого корпуса нет глухой стены. Сплошь и рядом девчушка, отданная в училище при Опере, если она растет слишком быстро, "эмигрирует" в смежные жанры: в Опере ведь нет места слишком высоким женщинам -- они нарушили бы общий ансамбль. И она идет выступать в канкане, работает в "Фоли-Бержер", в "Мулен Руж" или в "Лидо".
Забавно, наставница в "Лидо" -- ирландка по происхождению, англичанка по национальности и парижанка по избранию. Она считает себя женщиной Парижа, и она права. Ее питомицы беспрекословно подчиняются ее почти военному распорядку.
Те, кто судит о жизни танцовщиц по Бальзаку, заблуждаются в корне. Они не понимают, что эти девушки ходят вечером танцевать канкан точно так же, как другие ходят по утрам в контору. Представление идет с десяти вечера до двух ночи. Ложатся они, таким образом, не раньше трех и вынуждены спать до полудня. Потом надо одеваться и идти на репетицию -- ибо репетиции у них ежедневно, иначе спектакль быстро разладится.
Публика? Поклонники? Те, кого англичане называли раньше "Дежурящий-под-дверью-Джонни", больше не существуют. Пожалуй, нигде больше работа не имеет так мало общего с личной жизнью.
-- О чем вы разговариваете у себя в уборных?
-- Как обычно -- дела, семья... Часто, когда простужена или больна, едва хватает сил выдержать представление.
-- А вы танцуете, даже когда больны?
-- А как вы думаете! Нужно уж, чтобы совсем было невмоготу, только тогда...
=
Какие занятия описать еще? Продавщица воздушных шаров позволила бы внести в рассказ поэтический символ?.. Телефонистка -- современная богиня, связывающая воедино две судьбы и одним движением прерывающая трагедию?.. Парикмахерша -- исповедница своих клиенток?.. Нет, я не могу создать новой Парижанки. Есть женщины Парижа.
=
ВЛЮБЛЕННЫЕ. Я ехал в машине, и перед машиной на площадке автобуса целовалась пара. Не замечая никого в вечно спешащей толпе, прижавшись друг к другу, серьезные и нежные, они уносились в автобусе в туман сумерек. Ведь влюбленные всегда вдвоем и в целом мире -- даже в Париже.
=
Сокращенный перевод с французского М.МАРИКОВА
=
1967
